Практическая философия, Женское воспитание, Мудрая жизнь+7 902 300-75-57
mariaflero@yandex.ru
Рубрика: Моё детство

Детство: баловство или строгость?

Меня часто спрашивают на консультациях о воспитании детей: как следует себя вести родителям: строго или, наоборот, через баловство развивать разум своего ребенка?

Для меня баловство – особая тема. Самые лучшие воспоминания моего детства связаны именно с баловством. Я помню, что знала изначально, что «я – большая». Не помню себя маленькой и беспомощной. Помню, как заботились обо мне: одевали на улицу, тормошили, вертели, застегивали пуговицы, затягивали шарф, укореняли на голове непослушную шапку. Я всё это могла сделать сама, но именно это – излишнее, заботливое, ручное – было для меня так ценно.

Я не любила стулья, и предпочитала сидеть у папы на коленях (по-моему, лет до 12!). Не ходить самой пешком на прогулку, а ездить на папе, или висеть на руках между сестрой и мамой, как маленькая обезьянка. Чтобы меня тащили волоком или «летели» вперед… Уговаривали и потчевали за столом, оставляли последний сладкий кусочек. Я изначально знала, что это – игра и любовь, излишнее. Не от нужды, а от избытка сил и возможностей. От этого невозможно обнаглеть и решить, что и дальше всё будет так же. Я хорошо понимала, что, что мои родные потакали моим прихотям и капризам, но именно это и доставляло мне радость, рождало между нами (детьми и родителями) шалость и озорство, развлечения и игры…

Меня долго укладывали спать, часто укачивали на руках, баюкали, пели колыбельные, насыщали до последнего, пока я уже не могла разлепить сонных глаз. Утро также начиналась с любви.

Помню, в холодное время, бабушка вставала раньше, чем я, включала большой камин, и согревала на нем мою школьную форму, нижнее белье. Каждый день проглаживала мою одежду утюгом, подавала в кровать горячий чай с бутербродом, кутала меня в одеялах, не разрешала, не проснувшись, резко вылезать из теплой норки постели. На столе меня уже ждала горячая каша…

Бабушка перед школой завязывала мне тугие косички, и я много вертелась перед зеркалом и привередничала… Всегда сама выбирала себе одежду, капризничала, добивалась того, чтобы мне самой всё нравилось и ничего не мешало. Заставляла бабушку подгибать платья на нужную длину, перешивать и менять элементы одежды…

Мне разрешалось капризничать, часто говорить, что я хочу (например, что-нибудь вкусненького!) – и мне это вкусненькое тут же создавали и готовили: домашнее печенье, карамельки, сахарные петушки или пряники. Папа варил мне «божественный молочный суп» суп всего на одну тарелку, придумывал для этого супа стихотворение и сам подавал мне на стол с шоколадными самодельными корабликами…

К любой моей просьбе относились вручную и вживую: никто не отправлял меня за покупными конфетами, не включал мне телевизор или не отправлял в кино…

Показывали фокусы. Смешили, разыгрывали; домашние сюрпризы и страшилки, домашние представления, игры – всё это было в излишке… дарили чудесные книги с картинками, много читали вслух. Было правило: настойчиво просить можно было только то, что родители в состоянии сделать, это было общим посильным для нас занятием, клянченье в магазинах полностью воспрещалось!

Дома жило много разных зверушек, птиц и рыбок… Я не любила играть в куклы, я любила – «воспитывать», «приручать» и возиться с животными и растениями.

Детство: баловство или строгость?

Мне всегда разрешали много играть и гулять, в моем детстве было много вольницы, упражнений на воздухе, походов. Моя школа и успехи в ней никого особо не интересовали. Это было моим личным делом – что там происходит, мама скучно подписывала дневник в конце четверти, Домашнее задание я учила всегда с бабушкой или папой. Но те много перевирали по своему и дурили меня от души. Было весело. Иногда я пряталась дома от всех под своим письменным столом и долго обдумывала, чтобы ещё сделать «такого да эдакового»! Школа оставалась для меня формальной повинностью, я хорошо и быстро училась, но все настоящее было дома!

Непрерывная забота, нежность, теребление, на тебе всё поправят и разгладят, приведут в порядок, - такое впечатление, что меня не оставляли одну, не давали потеряться, и тем самым создавали вокруг меня новый слой, новую оболочку – любви, беззащитности и утонченности восприятия жизни. Когда можно сразу все подметить, устранить, пожаловаться. Когда никто не учит тебя терпеть и страдать, а, наоборот, разрешают сразу лепить свою жизнь по своему усмотрению… удовольствие, игра, настроение – все это создается тобою и всеми вокруг, а не покупается и продается… Не ищется на стороне…

Меня никогда не учили обрастать «грубой шкурой», противостоять миру и защищаться. Никогда не воспитывали стрессоустойчивость. Меня учили располагаться и обживаться, обустраиваться в этой жизни. Такое впечатление, что у меня с детства этой постоянной нежностью и заботой был содран последний защитный слой и взамен этого было предложено восстанавливаться самой и наращивать новую оболочку через правильные знания, обаяние, любовь, заботу, нежность, тонкость восприятия жизни, обожание. Во мне принципиально воспитывали тонкокожесть. Мне никогда не было душно от этой заботы и внимания, потому, что всё предложенное было в дело, попадало в цель. Никто не боялся меня испортить, боялись, что не смогу отличить подлинное от подделки… СТАТЬ ТОЛСТОКОЖЕЙ.

Эта созданная вокруг меня забота не изолировала меня от окружающего мира, не душила, не создавала лжи и обмана (что быть счастливым можно только в семье и среди своих – родных и близких). Наоборот, открывала общение с другими людьми, без посредников и чужих проводников. Удовольствие, развлечение, игра, серьезное дело – это то, что надо САМОЙ ЗАМЫСЛИТЬ И уметь создать, а не тупо потреблять!

Я резко различаю естественную и искусственную избалованность. «Вручную и вживую» ребенка не испортишь, наоборот, создаешь ему ту оболочку, на подобии живой матки, живого органа, в которой он растет и развивается. Искусственная забота – это, наоборот, искусственная среда, посредники. Всё, что не от тебя, как от родителя, а от чужого дяди: покупные сладости, ассортимент магазина, яркие дорогие игрушки. Телевизор, компьютер – когда удовольствие создано без тебя, твоих усилий. А ты – лишь потребитель. День рождения в кафе, детский сад, развивающие кружки и классы.

Искусственная избалованность – ВСТАЕТ КАК клин между ребенком и живым миром. Для этого сразу нужны деньги и покупные услуги. Ручная и живая избалованность – мост к другим людям. Ты всё умеешь создавать сам, тебе просто нужна веселая дружелюбная компания!

Строгость

Но была и другая сторона моей жизни, не менее ценная, чем ручная забота и нежность.

Я имею в виду строгость отношения ко мне.

У меня с детства привит вкус к строгости. Эта строгость не разрушала мою избалованность, а естественным образом дополняла её.

Например, те же сборы перед школой. Я могла нежиться по утрам в теплой норке своей постели, но перед выходом из дома должна быть «готовность номер 1»! Папа или мама лично проверяли, как я отправляюсь в школу: Проверяли опрятность моего внешнего вида, безукоризненность воротничка и манжет школьной формы, порядок в портфеле, собранность взгляда, тест на забывчивость, я получала от мамы задание на день, меня благословляли, давали наставления и оправляли в школу. Я не имела возможности выскочить из дома кое-как, не подумав. От меня требовалась собранность и подтянутость. Не разрешалось «зависать», забывать, киснуть, хлюпать носом, вести себя глупо.

Строгость для меня – та же любовь, но уже в другой форме, чем балование. Не разрешали «задаваться», искать добрых слов, хвастаться успехами. Строгость всегда отсекала лишнее, не существенное. Через строгость учили продвигаться в деле, быть решительной, честной, смелой. Меня никогда не гладили по головке, не утешали. Я привыкла выбирать, прежде всего, строгих подруг и коллег.

Вот такое домашнее сочетание баловства и строгости в моем воспитании было вовсе не случайным, и направлено было, прежде всего, на создание особой черты в характере маленького ребенка: тонкости восприятия жизни. За что я бесконечно благодарна своим родителям…

Детство: баловство или строгость?

Тонкость восприятия жизни

Случается так, что от проведения личных консультаций я болею. Просто отвратительно себя чувствую и физически и психически. Это происходит оттого, что, когда люди обращаются за консультацией, у них к этому моменту слетают все тонкие настройки психики, предрасположенности к культурному осмыслению ситуации и на первое место выходят боль, злоба, разочарование. Соприкасаться с таким состояниями у другого человека очень опасно. Это как психическая зараза – только проникает она в тебя не воздушно-капельным путем, а сразу в мозг, без всяких барьеров, если ты сплоховала и не выставила вовремя защиту.

Я считаю, что главное при консультировании – не дать точный совет, что следует делать, а помочь вернуть женщине утерянные, слетевшие тонкие настройки восприятия жизни. Все вопросы надо решать в правильном состоянии, а не следовать логике и анализу. Тонкость восприятия рождается в результате очищения от всего грубого, примесного, налипших эмоций и поспешных решений. Чтобы реально помочь другому человеку, надо позаботиться о том, чтобы у него восстановились тонкие каналы сознания, чтобы нити живого восприятия жизненной ситуации не были ломкими и рвущимися от напряжения. Для меня и истерика и грубость как реакция на чьи-то поступки – одинаково не попадают в цель, по сути являются безумными действиями.

Слушая очередную «женскую» историю, мне так и хочется вскрикнуть: «Мазила!», когда я слышу, какие конкретно действия предприняла женщина в трудной ситуации…

«Мазила!» - вспоминаю я детское словечко по поводу пропущенного мяча в воротах, и вот это постоянное непопадание в цель преследовало меня всё детство…

Для меня тонкость восприятия жизни – это снайперский выстрел. Точное попадание в цель смысла сложившийся ситуации. Это привычка чувствования и поведения, что очень сложно передать логически, мне проще это выразить через образы…

  • Тонкость восприятия жизни – это тонкость шелковой нити, её прочность, податливость и гибкость. Проскальзываемость между пальцев. От шелковой ткани возникает ощущение невесомости, облегаемости, соизмерности с собственной кожей (нет отторжения), когда чувственные рецепторы просыпаются и начинают непротиворечиво принимать, а не отторгать. Тонкое восприятие жизни не рождает отторжения твоих чувств и мыслей другим человеком. Но для этого нужен не анализ, а тонкое чутье. Тогда ваше предложение будет принято другим человеком, усвоено и поддержано…
  • Тонкость восприятия позволяет замечать детали, рисунок, последовательность, смену состояний другого человека, и соответственно, реагировать, поддерживать то малейшее, живое улучшение, что буквально промелькнуло в выражении лица, мимолетном взгляде, голосе, жесте… Поддерживать и беречь красивые, гармоничные, здоровые, живые моменты жизни…
  • Тонкость восприятия жизни дает основу нерефлексированному поступку: ты поступаешь так, потому как не можешь действовать иначе и для тебя это последняя инстанция. Ты отсекаешь многообразие мотивов и последствий своего поступка. Живешь по принципу «Поступай, как знаешь, и будь, что будет!»
  • «Принцесса на горошине» из сказки АНДЕРСЕНА меня всегда смущала: горошина замечена, ощущаема, она явно расположена под перинами. Но что дальше: принцесса не спит всю ночь, чтобы чувствовать себя на следующий день разбитой и несчастной. Нет поступка! Нет устранения причины неудобства, кровать надо уметь собирать но-новому, под себя, устраняя все горошины и ухабы… Это же так рядом – под периной – то, что мешает тебе спать. Человек может страдать от дискомфорта по самым незначительным причинам и оставаться полностью беспомощным. Без строгости получается лишь изнеженная, истеричная особа, злобно требующая переделать несовершенный мир: кто-то должен убрать все горошины!
  • Детство: баловство или строгость?
  • Тонкость восприятия жизни – это не оголенные нервы, это не невозможность переносить тяжелую ситуацию, страдать и тут же менять других по собственному разумению. Воспитание, построенное на строгости и собранности, учит особенному взгляду и особому слуху. Восприятие должно быть избыточным: важно уметь «смотреть сквозь» - делать многие вещи для себя просто невидимыми, прозрачными для смотрящего, незамечаемыми или же, наоборот, воспитывать взгляд, видящий лишь значимое, придающий ценность событиям. Значимость и видимость (так же, как и незначимость и невидимость) должны быть собраны вместе, и не расфокусироваться… Так же и со слухом: слышать только то, что ценно, и практиковать глухоту к маловажному, грубому, циничному…
  • Тонкость восприятия жизни выражается и в том, чтобы не есть, когда подвернется еда, не вестись на внешнее, а по позыву изнутри, когда собственный ритм становится законодателем наших желаний.
  • Тонкость восприятия формирует вкус, изысканность, красивые решения самых головоломных ситуаций.
  • Тонкость восприятия позволяет отыскивать в сердце прежде всего, знаки любви и нежные вибрации, и не обольщаться скороспелой грубостью и агрессивностью…

Баловство обучает слышать себя, исследовать себя, нащупывать, тонко чувствовать другого человека… Строгость отсекает лишнее, как метла выметает мусор из собственной головы.

Толстокожесть

Что ещё, кроме истерики и оголенных нервов, противоположно тонкому восприятию жизни? «Толстая шкура» , «атеросклероз как забитые каналы». Вскипаемость, грубость восприятия, застой, засор, пробка, кровоизлияние. Беда: «Ты меня довел!». Глаз приклеен только к плохому, дисгармоничному, слух слышит только ругательства («Как ты мог такое мне сказать!»), ищет иронию и сарказм в голосе собеседника… мы перестаем слышать в эти моменты самих себя, потому как испытываем боль, раздражение, агрессию. Мы «выключаем себя» и снова идем исправлять мир! Если мы не исправим мир, то останемся вечно страдающими и несчастными!

Подумайте, стоит ли тратить на это свою жизнь? По-моему, это просто бездарно!

Не забудьте переключать режимы!

Большинство проблем во взаимоотношениях людей решается через утончение восприятия, когда появляется естественная простота, честность с самим собой, глубокое первичное чувство любви и расположенности к миру. Мне этот опыт дало мое детство, когда меня много баловали, и в то же время, относились ко мне очень строго. Эти два столь разных режимов существования, не давали мне и разнежится и зачерстветь, от меня лишь требовалась сноровка, не пропустить, когда родители «переключали режимы». Важно уметь быстро выйти из состояния изнеженности, вылюбленного и заботимого ребенка и обрести собранность, подтянутость, готовность к поступку. И так же важно «распоясаться», снова оказаться наедине со своими чувствами, желаниями. И вдруг обнаружить в себе самой «строгую инстанцию» - ответственность за то, как ты сама обживаешь этот мир... А твоя строгость станет более чувствительной, избирательной и нежной, так похожей и неотделимой от подлинной любви…


Детство: баловство или строгость?

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить